должны сделать все, просто ошибается. Однако мы редко останавливаемся на столь рациональном подходе, потому что это означает столкновение с болезненной правдой о наших ограничениях. Мы вынуждены признать, что нам предстоит сделать трудный выбор: какие шары отпустить, каких людей разочаровать, от каких заветных амбиций отказаться, на каких ролях провалиться. Возможно, вы не сможете сохранить свою нынешнюю работу и при этом достаточно видеться с детьми; возможно, выделение достаточного количества времени в неделю для своего творческого призвания означает, что у вас никогда не будет особенно опрятного дома, и вы не будете заниматься спортом столько, сколько нужно, и так далее. Пытаясь избежать этих неприятных истин, мы используем стратегию, которая доминирует в большинстве обычных советов о том, как справиться с занятостью: мы говорим себе, что просто должны найти способ делать больше - пытаться решить проблему своей занятости, можно сказать, делая себя еще более занятыми.
Входящие Сизифа
Это современная реакция на современную проблему, но она не совсем новая. В 1908 году английский журналист Арнольд Беннетт опубликовал короткую и ворчливую книгу советов, название которой свидетельствует о том, что эта тревожная попытка вписаться в жизнь уже поразила его эдвардианский мир: "Как прожить 24 часа в сутки" (How to Live on 24 Hours a Day). "Недавно в одном ежедневном органе разгорелась борьба вокруг вопроса о том, может ли женщина нормально существовать в стране на 85 фунтов стерлингов в год", - писал Беннетт. "Я также видел эссе "Как прожить на восемь шиллингов в неделю". Но я никогда не видел эссе "Как прожить двадцать четыре часа в сутки". "Шутка, если говорить прямо, заключается в том, насколько абсурдно, что кому-то нужен такой совет, ведь ни у кого никогда не было больше двадцати четырех часов в сутки, чтобы жить. И все же людям он был нужен: Беннетту и его целевой аудитории, профессионалам из пригородов, добирающимся на трамваях и поездах до офисов во все более процветающих городах Англии, время начинало казаться слишком маленьким контейнером для всего, что оно должно было вместить. Он писал для своих "товарищей по несчастью - той бесчисленной группы душ, которых преследует, более или менее болезненно, ощущение, что годы проносятся мимо, и проносятся, и проносятся, а они все еще не могут привести свою жизнь в надлежащее рабочее состояние". Его прямой диагноз заключался в том, что большинство людей тратят впустую несколько часов каждый день, особенно по вечерам; они говорят себе, что устали, хотя могли бы с таким же успехом натянуть носки и заняться всеми теми полезными для жизни делами, на которые, как они утверждали, у них никогда не было времени. "Я предлагаю, - пишет Беннетт, - в шесть часов посмотреть фактам в лицо и признать, что вы не устали (потому что вы не устали, вы знаете)". В качестве альтернативной стратегии он предлагает вставать раньше; в его книге даже есть инструкция, как заваривать чай, если вы встали раньше слуг.
Книга "Как прожить на 24 часа в день" - это замечательный стимул, полный практических предложений, которые делают ее достойной прочтения уже сегодня. Но вся она зиждется на одном крайне сомнительном предположении (помимо предположения о том, что у вас есть слуги, я имею в виду). Как и практически все последующие эксперты по тайм-менеджменту, Беннетт полагает, что если вы будете следовать его советам, то успеете сделать достаточно действительно важных дел, чтобы чувствовать себя в мире со временем. Добавьте еще немного активности в каждый день, советует он, , и вы достигнете безмятежного и властного состояния, когда у вас наконец-то будет "достаточно времени". Но это было не так в 1908 году, и еще менее верно сегодня. Это то, что я начал понимать на той скамейке в Бруклине, и я по-прежнему считаю это лучшим противоядием от чувства нехватки времени, великолепным освобождающим первым шагом на пути к принятию своих ограничений: проблема с попыткой найти время для всего, что кажется важным, или просто для достаточного количества того, что кажется важным, заключается в том, что вы определенно никогда не найдете.
Причина не в том, что вы еще не нашли нужных приемов тайм-менеджмента или не приложили достаточных усилий, или что вам нужно начать вставать раньше, или что вы вообще бесполезны. Дело в том, что это предположение необоснованно: нет никаких оснований полагать, что вы когда-нибудь почувствуете себя "на вершине успеха" или найдете время для всего, что имеет значение, просто сделав больше. Начнем с того, что понятие "важно" субъективно, поэтому у вас нет никаких оснований полагать, что у вас будет время для всего, что вы, ваш работодатель или представители вашей культуры считают важным. Но еще одна неприятная проблема заключается в том, что если вам удастся вместить в себя больше, то вы обнаружите, что цели начинают смещаться: все больше вещей начинают казаться важными, значимыми или обязательными. Приобретите репутацию человека, выполняющего свою работу с потрясающей скоростью, и вам будут давать больше. (Ваш босс не дурак: Зачем ей поручать дополнительную работу тому, кто медленнее?) Придумайте, как проводить достаточно времени с детьми и в офисе, чтобы не чувствовать себя виноватым ни за то, ни за другое, и вы вдруг почувствуете новое социальное давление: нужно больше времени заниматься спортом или вступить в ассоциацию родителей и учителей - о, и не пора ли вам наконец научиться медитировать? Займитесь побочным бизнесом, о котором вы мечтали много лет, и , если он окажется успешным, то пройдет совсем немного времени, прежде чем вы перестанете довольствоваться малым. То же самое касается и работы по дому: в своей книге "Больше работы для матери" историк Рут Шварц Коуэн показывает, что когда домохозяйки впервые получили доступ к "трудосберегающим" устройствам вроде стиральных машин и пылесосов, время вовсе не экономилось, потому что стандарты чистоты в обществе просто выросли, чтобы компенсировать преимущества; теперь, когда вы могли вернуть каждую рубашку мужа в безупречное состояние после одной носки, вам стало казаться, что вы должны показать, как сильно вы его любите. "Работа расширяется, чтобы заполнить время, отведенное для ее завершения", - написал в 1955 году английский юморист и историк К. Норткот Паркинсон, назвав это явление законом Паркинсона. Но это не просто шутка, и она применима не только к работе. Он применим ко всему, что требует работы. Фактически, определение "того, что нужно сделать" расширяется, чтобы заполнить имеющееся время.
Вся эта болезненная ирония особенно ярко проявляется в случае с электронной почтой - гениальным изобретением двадцатого
